vazelin63 (vazelin63) wrote in libertarians_ru,
vazelin63
vazelin63
libertarians_ru

Categories:

М. Ротбард "Экономическая мысль до А. Смита" Глава третья, часть пятая

3.5 Ростовщичество и сделки с иностранной валютой в XIV веке




В большинстве сочинений схоластов начисление процентов по кредиту по-прежнему считалось ростовщичеством и осуждалось: только меньшая часть схоластов последовала за кардиналом Гостензисом и Оливи, допустив lucrum cessans (упущенная выгода) — возмещение упущенных инвестиций — и то лишь в отношении кредитов на благотворительность, и не распространялось на профессиональных ростовщиков. Не лучше была и ситуация со сделками с иностранной валютой, в большей части сочинений схоластов, включая труды св. Фомы, они попросту осуждались как ростовщические, как попытка начисления процентов на бесплодные деньги.
Однако к XIII и XIV векам в качестве кредитных инструментов получили распространение переводные векселя, особенно в сделках с зарубежными валютами. Разрабатывались все более изощренные формы валютных операций, в которых менялы могли взимать и выплачивать проценты по кредиту, однако такие операции осуществлялись под видом покупки или продажи иностранной валюты. Хотя большинство схоластов, опять-таки, по-прежнему осуждало сделки с иностранной валютой, в XIV веке, однако, появилось мужественное меньшинство, вставшее на защиту этих широко распространенных теперь операций, которыми на протяжении долгого времени не брезговала и сама Церковь. Все начиналось  постепенно, когда личный ученик Аквината, Жиль де Лессин,  хоть и имевший путаные представления о валютном рынке, вдруг заговорил о риске, как оправдании подобных кредитных операций. Он также показал, что меняла  отдает чуть «больше полезности» своему клиенту, чем получает взамен, что и дает ему право на дополнительную плату.


Однако главным защитником валютного рынка стал видный францисканец Александр Бонини, также известный как Александр Александрийский или Александр Ломбардский. Бонини делал академическую карьеру в Парижском университете, затем преподавал богословие при папском дворе и, наконец, служил францисканским епископом в своей родной Ломбардии, в которой обитали самые печально известные ростовщики того времени. В своем «Трактате о ростовщичестве», в лекции, прочитанной им в Генуе в 1307 году, Александр бескомпромиссно защищает знакомые ему валютные операции, хотя не обошлось и без традиционных выпадов в адрес ростовщичества. Александр, критикуя последователей Аристотеля, заметил, что деньги не могут иметь только одну функцию, выступая лишь в  качестве бесплодного средства обмена, поскольку имеется множество разных монет и эти монеты нужно обменивать. Более того, ценность обмениваемых таким образом монет надлежащим образом определяется не законом, а весом монет и их содержанием. Александр также согласился с идеей Жиля де Лессина, что меняла предоставляет большую полезность своему клиенту в денежных операциях, чем получает сам. Что касается кредитных операций в иностранной валюте, то Александр Ломбардский не защищал все их разновидности, но защищал lucrum cessans, поскольку в промежуток между началом и концом сделки ценность денег меняется. Александр по существу одним из первых заметил, что спрос на деньги может меняться и действительно меняется во времени, что влечет за собой изменение ценности денег. Понятие Lucrum cessans послужило своего рода раскалывающим клином для обоснования схоластами того основного метода, который позволял в эпоху Высокого Средневековья и в последующие века обходить запрет на ростовщичество.
Показательно, что Александр начал свою защиту с практического соображения: «Церковь всегда осуждает и преследует ростовщиков, но она не осуждает и не преследует менял, она, скорее, способствует им, как это видно из деятельности Римской Церкви».
Аргументацию Александра Ломбардского в защиту валютного рынка дословно повторил его ученик и преемник францисканский епископ Ломбардии Астезанус (ум. 1330). Астезанус, как и его наставник, был родом из Ломбардии, из Асти (современный Пьемонт  — прим. пер.), одного из основных центров тогдашнего международного ростовщичества. Главным трудом Астезануса была Summa (1317). Астезануса, как и его предшественника, впечатлил тот факт, что «римская церковь способствует менялам». Более того, он не только  рассуждает как Александр, он прямо выступил в защиту lucrum cessans, став одним из первых богословов не канонистов занявших такую позицию.
Генрих фон Лангенштейн, единственный из всех упомянутых нами выдающихся авторов XIV века, кто осудил, что вполне ожидаемо, всех дилеров иностранной валюты как ростовщиков per se. Даже Николай Орем лишь повторил Аристотелев предрассудок, что мол торговля деньгами за деньги неестественна, поскольку деньги бесплодны. При этом Орем, не квалифицируя обменные операции ростовщическими per se, обозвал в приступе ненависти обмен иностранной валюты «мерзким» занятием, пачкающим душу так же, как очистка канализационных стоков пачкает тело.
И наоборот, наставник Орема Буридан выступил в защиту операций по обмену иностранной валюты, выделив два вида обмена: один, при котором меняла «получает столько, сколько отдает» — вполне достойный, в духе традиции Аристотеля-Аквината —  и другой, при котором меняла  «получает больше, чем отдает». И здесь Буридан делает еще один решительный шаг, сокрушая некоторые из тех иррациональных барьеров,  которыми схоласты ограничили денежные операции. Ибо законными могут считаться даже сделки, отнесенные Буриданом ко второй категории, сделки, в которых эквивалентности при обмене нет, но при условии, что обмен способствует «общему благу». Новая концепция Буридана, хоть и не распространявшаяся на обычное ростовщичество, посеяла, однако семена будущего полного оправдания валютных банкиров.
На рубеже XV века искушенным флорентийском светским знатоком канонического права Лоренцо ди Антонио Ридольфи (1360–1442) была создана целостная система радикальных аргументов в защиту биржевых контрактов.



Ридольфи преподавал в Атенеуме во Флоренции и одно время был послом Флорентийской республики. Подобно Александру Ломбардскому, не пожелавшему осудить поощряемую Церковью практику, Ридолфи тоже заявил о своем нежелании осуждать занятие, столь широко распространенное в его родной Флоренции. Развивая идеи А. Ломбардского Ридольфи в своем трактате о ростовщичестве 1403 года подчеркнул, что ценность денег может меняться в зависимости от местности, а также с течением времени. Такие различия есть результат изменений в спросе на деньги, колебаний спроса относительно предложения и изменений в металлическом содержании монет. Эти различия, а также кредитные операции, связанные с ними, оправдывают сделки с иностранной валютой. Ридольфи, таким образом, разработал теорию, в которой показал, что ценность денег, как и любого другого товара, определяется игрой спроса и предложения, и что она может также варьироваться в зависимости от времени и места.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments